Либретто Джампьеро Пизола и музыка Алессандро Ниди воссоздают атмосферу драматической жизни знаменитого немецкого философа, педагога Эдит Штайн, иудейки, перешедшей в католическую веру, принявшей монашеский обет и ставшей кармелиткой (1933). В 1938 году ввиду начавшихся гонений на евреев в Германии, сестру Терезу перевели в монастырь города Эхта в Голландии. Через четыре ее депортировали в Германию вместе со всеми голландскими евреями. В августе 1942 года она погибла в газовой камере Освенцима.

Алессандро Ниди, композитор, органично изменяет музыкальное настроение каждой партии, призванной отражать определенный момент жизни Эдит Штайн. Подчеркивая этот эффект, композитор совмещает в произведении различных музыкальные стили, начиная с Баха и заканчивая современными исполнителями, также он использует различные возможности звучания струнных, духовых и ударных инструментов, передавая атмосферу удивительной, сложной и трагической судьбы Эдит Штайн.  

Партии оратории:

1. Познание трагедии (воспоминания о смерти отца Эдит)

2. Семья

3. Университет в Гёттингене

4. Обращение к Богу 

5. Монашеский обет

6. Ночь разбитых стекол

7. Размышления о войне и судьбах людей

8. Освенцим. Смерть

RECITATO

Il nove, otto del quarantadue, io,
cittadina tedesca, donna ebrea,
rinacqui a Birkenau:
era una splendida domenica di agosto,
il più bel giorno per morire in Cristo.

Contammo i giorni passati: erano sette.
L’ottavo giorno cominciò di notte
quando scendemmo a frotte giù dai treni
tra gli occhi spaventati dei bambini.

Appena giunti ad Auschwitz
ci tolsero la veste e il velo.
Restarono soltanto i piedi scalzi
come perenne segno del Carmelo.

Non ci fu sangue, il popolo tedesco
rese perfetto anche l’olocausto.
Ci dissero soltanto “Fate presto!
Ciascuno allineato al posto giusto”.

Io misi in fila tutti i miei pensieri
In quella fila di scalzi prigionieri
Abbracciando con gli occhi il mio popolo
Tanto più amato quanto più in pericolo.

Poi sciolsi il nodo delle mie preghiere
Nell’inno mattutino delle ore
Benedictus Dominus Deus Israel
…in domo David pueri sui…

Colombe di Saron e del Carmelo,
è tempo di partire in volo
da questa terra, è tempo di cantare
e di finire il nostro canto in cielo.

Per viscere misericordiae Dei nostri
in quibus visitavit nos Oriens…
illuminare his qui in tenebris
et in umbra mortis sedent…

Vidi Israele uscire in campo aperto
verso le libere sabbie del deserto,
come uccelli volati dalle gabbie
mentre il guardiano di nulla si era accorto.

L’ottavo giorno in una notte oscura
prossima al risveglio dell’aurora,
o dolce ventura, uscii e non fui notata
essendo già la carne addormentata.

In quelle camere bianche di terrore
cantammo fino all’ultimo respiro,
senza più aria, senza più parole,
finché chiudemmo i nostri occhi al sole.
 

CORO+SOLISTA

Amado con amada.
O noche amable mas que el alborada.
O noche que guiaste, o noche que juntaste
Amado con amada,
Amada en el Amado trasformada.